Новости туризма 2.0

Если бы до Бразилии надобно было долго плыть на корабле, как в той песенке на стихи Киплинга, я бы, наверное, не решилась отправиться туда. Но самолетом до Рио-де-Жанейро добираться все-таки быстрее: пять часов до Мадрида плюс вдобавок десять с половиной над Атлантикой — и под крылом показалась Terra Brasilis incognita.

Промеж Горбатой горой и Сахарной Головой
В первое же утро отправляемся к океану. Выдающийся четырехкилометровый пляж Копакабана — это нечто! Белоснежный коралловый песок уходит в горизонт. Люди плещутся в волнах, а затем бегут заниматься спортом, играть в бадминтон, волейбол. Вдоль берега проложены дорожки — велосипедные, беговые. Здесь даже чемпионат мира по пляжному футболу проводили. Бразильцы просто помешаны на здоровом образе жизни: в воскресенье на спортивных площадках настоящее столпотворение. Копакабана прославился в 20-х годах XX века, когда на побережье построили первый фешенебельный отель. Очень скоро пляж превратился в модное место для состоятельной публики и стал «подиумом» для демонстрации последних моделей купальников. А вдобавок Копакабана служит концертной площадкой для бразильских артистов и заезжих звезд Предположим, здесь давала безвозмездный концерт группа Rolling Stones) и вернисажем для местных художников.

С пляжа видна статуя Христа, раскинувшего руки над городом. Символ Рио-де-Жанейро был установлен в 1931 году на вершине Корковадо — Горбатой горы (в переводе с португальского). Дорога на нее петляет среди городских кварталов: сперва идут престижные дома на океанском побережье, а когда поднимаемся выше, появляются лачуги самых бедных районов — фавелов, напоминающие курортные сарайчики черноморских городов. Заключительный участок пути можно проделать либо пешком по закрученной, как улитка, лестнице в 220 ступенек, либо поднявшись на эскалаторе. Чем ближе мы к статуе, тем больше и значительней она кажется. Хочу сфотографировать ее на память, но Христос не помещается в кадре. Другие туристы просто ложатся на спину, и снимок получается как надо.

Повернувшись в другую сторону, поражаемся, до чего же прекрасен с высоты птичьего полета город на берегах несуществующей Январской Реки (так буквально переводится Рио-де-Жанейро). Впереди у нас вдобавок одна отличная смотровая площадка — прямо у входа в бухту Рио-де-Жанейро возвышается гора Пан-ди-Асукар, то кушать Сахарная Голова. Сладкие ассоциации она вызвала в начале XIV века у португальских моряков, которые первыми из европейцев приплыли в эти места и потому успели всему присочинить свои названия. Хотя, на наш взор, гора похожа скорее на пулю, чем на кусочек рафинада.

Она пониже Горбатой — в той 700 метров, а в этой чуть меньше 400. Но вид все равно такой, что дух захватывает.
Попасть на «сладкую» возвышенность непросто, ведь скала практически отвесная. Туристов сюда доставляет фуникулер из района Урка — прежде он поднимается на гору Урка, после ползет над океаном к вершине Пан-ди-Асукар. Канатную дорогу построили в 1913 году — тогда она была всего лишь третьей в мире. И фуникулер запускали вручную: несколько человек приводили в деяние механизм, вдобавок один «сотрудник» стоял на крыше вагончика и следил за канатом. Позднее конструкцию модернизировали, и нынче такого экстрима уже не увидишь. Неужто что в кино — именно на этой канатке снимали сцену из фильма «Лунный гонщик»» (Moonracer), в которой Джеймс Бонд дрался на крыше вагончика с очередным злодеем.

Жизнь в стиле самбы
Последующий день проходит под знаком самбы. Сначала посещаем танцевальную школу Primeira de mangueira — лучшую из лучших, что подтверждают многочисленные кубки и дипломы в кабинете президента. После едем в Олимпийскую деревню и заглядываем в спортивные залы, где готовят будущих исполнительниц. Девочки в строгих купальниках работают у станка: батман тандю, плие… И, наконец, Самба-сити, город-склад, где хранится все, относящееся к карнавалу, — и костюмы, и реквизит.

Платформы высотой с трехэтажный дом, лишенные украшений, напоминают скелеты динозавров. Жаль, вскарабкаться на них нам не позволяют, но предлагают примерить костюмы для выступления. «Костюмы» — это сильно говорено. На моем бикини материи больше. Зато на голову надевают сооружение из перьев в метр высотой. Боже мой, этот убор оказался таким тяжелым — полпуда, не меньше. В комплекте с перьями туфли на высоченных шпильках — 22 сантиметра. Ходить на таких каблуках вдобавок можно, но танцевать…

Затем примерки идем на самбодрум, как говорят бразильцы, с ударением на последнем слоге. Для них это святая святых, почти то же, что для нас Красная площадь. Прямая дорога с трибунами по обе стороны протянулась на 850 метров — ровно полмили. И пройти их нужно за час — ни минутой меньше, ни минутой больше. Вдоль всей трассы сидят судьи, которые очень строго следят за исполнителями и ставят минусы или плюсы — кто чего заслуживает. Километр пройти не жутко, но полный час протанцевать на 20-сантиметровых шпильках… Может, потом тренировки и у нас получится?

Педагог танцев ждет в репетиционном классе. Когда он поворачивается спиной, мы читаем на майке его имя — Professor Bigode. Времени у нас всего час, за это время можно пробовать разучить самбу в парах или клубный вариант — по одиночке. Ученый руководит:
— Встали лицом к зеркалу. Показываю движение рук. Подключаем ноги. Шагаем с носка, колени пружинят. А нынче самое сложное — движение бедер! Замечательно! Wonderful! Perfect!
Затем урока скидываем туфли, вытягиваем ноги и с облегчением вздыхаем. Лодыжки гудят, якобы провода. Движения самбы в принципе несложные, но, дабы их освоить, надо заниматься с детства, как те девочки, которых мы видели в Олимпийской деревне. А вдобавок лучше — родиться бразильцем.

В танцевальной школе наступает время обеда, и по коридорам разносится аромат самого популярного бразильского блюда — фейжоада. Это смесь тушеного мяса, риса, капусты, муки маниоки, сосисок и традиционных бобов или фасоли с невероятным количеством специй. Изобретение «бразильского рагу», как и открытие традиционного местного алкоголя кашасы, приписывают африканцам, трудившимся столетия обратно на здешних плантациях. Черные бобы были привычной пищей порабощенного класса.

Водопад с двух сторон
Всемирно ведомый комплекс водопадов Игуасу — визитная карточка Бразилии, хотя большая доля каскадов находится в Аргентине. Однако именно с бразильской стороны они предстают во всей своей красе: 2,7 километра в ширину, 72 метра в высоту. Из Рио-де-Жанейро в городок Фос-ду-Игуасу, расположенный у водопада, надобно лететь, несмотря на то что отдаление до природной достопримечательности вполне автомобильное — 190 километров. Но страна немаленькая, и дорог на все ее просторы — от океана до Кордильер — не хватает, а те, что проложены, не в лучшем состоянии.

Фос-ду-Игуасу встречал нас оркестром на летном поле — не потому, что фирма заказывала гитаристов, просто здесь так принято. Отель «Тропикал» находится в национальном парке Игуасу, то кушать, можно сказать, в джунглях — в 300 метрах от водопада. В траве снуют игуаны, в помещениях по стенам и потолку носятся гекконы (те же ящерицы, но поменьше) — ловят насекомых. На подоконниках чирикают попугайчики, в кустах шуршат змеи. Под окнами бегает коати — носатая зверушка с полосатым хвостом, по всем описаниям дикая, но лезет на руки и тычется носом в личико. Если в Рио нас пугали преступностью на улицах и отговаривали прогуливаться по вечерам, то здесь бандитов нет, однако с наступлением темноты из леса (silva по-португальски) иногда приходят пумы и ягуары.

Комплекс Игуасу в двух шагах от гостиницы — обедаешь в столовой и видишь его в окно. Но одним, без проводника, к водопадам отправляться опасно — свернешь не на ту тропинку, а около змеи, пауки, пиявки и тому подобная мерзость. Джунгли все-таки. Гид ведет нас мгновенно к крупнейшему каскаду «Глотка дьявола»: потоки со страшным ревом низвергаются на базальтовое ложе. Над водопадом изгибаются яркие радуги, воздух мокрый, как в бане, — капли в нем дословно висят. Скала, по которой стекает вода, образует навес, и можно пройти на несколько десятков метров внутрь водопада. То, что в этой глотке неимоверный грохот и полумрак, — полбеды. Хуже другое — брызги во все стороны. Кажется, что попал под морозный душ или гуляешь
под водой без акваланга, якобы Садко — богатый визитер. Мы вымокли в минуту: зашли осторожно по скользким камням, а назад выскочили с визгом. Жутко, но здорово!

Затем переместились в Аргентину, дабы посмотреть на водопад с иной стороны. Здесь чувствуется другой менталитет: смотровые площадки заасфальтированы, заботливо ограждены. Через перила заглядываешь — голова кружится. Вода уходит из-под ног и с грохотом обрушивается вниз. Вот ирония судьбы: река общая, водопад принадлежит аргентинцам, они «устраивают зрелище», а «зрительный зал» находится в Бразилии — оттуда лучше видно.

Когда мы возвращаемся, в гостиничном номере нас ожидает сюрприз: из люстры под потолком торчат длинные усы.
— Это таракан — кукарача, — объясняет дежурная и замахивается на монстра метелкой. Оказывается, он вдобавок и летает — крылатое страшилище размером с ладонь.
— А он не кусается?
— Ну что вы! Это же просто таракан!
Затем встречи с кукарачей наше отношение к гекконам изменилось в лучшую сторону. Их даже стало жалко: милые ящерки, где им справиться с такими бразильскими «просто тараканами»!